Записи пользователя: Marita~ (список заголовков)
21:10 

Мой рассказ по мотивам одной якутской легенды

Marita~
Каждый выбирает по себе
Могила ойууна Монньогона


Сны разливались чернотою под веками, пахли терпко еловою хвоей и застоялой озерной водой. Андрей закрывал глаза – и сны обнимали его тысячей мягких рук, вели за порог, сквозь поскрип иссохшейся двери, сквозь комариные писки над ухом и гулкое уханье сов – по ночному, замершему лесу, туда, где, отражая собою луну – раскинулось бесконечно огромное озеро, и утки возились в его камышах, и рыба бесшумно скользила под темною гладью его.

Ш-шурх! Что-то нежно коснулось щеки, едва ощутимое, словно птичье перо из подушки, оставленной им тысячу шагов назад по ночному, промозглому лесу, в уютности теплой избы, там, где тикали над головою часы, отсчитывая привычно идущее время… здесь же время теряло свой счет, растянутое, изломанное сырой темнотою, поросшее мхом и плесенью время его заточения в снах. Ш-шрх! Он протянул руку во тьму – и рука его коснулась дрожащего птичьего бока, уткнулась в колкие перья неостановимо бьющихся крыл.

– Курл… курлы-а-а! – серой, заблудившейся тенью журавль скользнул над затылком его, призывно махнул крылом – мол, за мною, по иглами встопорщившейся траве, мимо елей, плюющихся шишками под ноги – быстрее, и не отставать! – А-а-курл!

И он шел, опасаясь ослушаться, и из-под ботинок его порскали недовольные зайцы, и белым – бездумно светила в небе луна, и свет ее вычернил силуэт на ветке, что встала вдруг посреди пути неодолимой оградою, перекрывая дорогу.

– Токи, токи… ток-тодок! – запрокинув к небу игольно-острый клюв, глухарь пересчитывал звезды, белыми ягодами проросшие в черных поднебесных кустах, призывно манящие с невероятных вершин глухариные, бусенично-круглые птичьи глаза. – Ток… ток-тодоке!

читать дальше

@темы: своё, рассказы, мертвецы, колдуны, ведьмы и гадалки, кладбища, места захоронений

10:57 

Лифт

Marita~
Каждый выбирает по себе
Лифт остановился. За пластиковой, исцарапанной шкурой его что-то скрябнуло, громыхнуло – последний, прощальный удар пружинного сердца – и лифт встал. Я вынул мобильник из внутреннего кармана пальто, машинально засек время – 09:28.

читать дальше

@темы: своё, рассказы, предметы и вещи, искажения времени и пространства, безумие

08:34 

По газонам не ходить!

Marita~
Каждый выбирает по себе
Янка возвращалась из школы через парк. Это было рыжее-прерыжее царство, рыжей-прерыжей осени, листьями оно облетало под ноги Янки, цеплялось за ее кроссовки. Прямо по курсу виднелась лужа, колышущийся на осеннем ветру обрывок океанского платья, синий-пресиний, и рыжие, как солнце, клены отражались в его глубине, торчали нелепо вниз головой. Янка шагнула в сторону, к вытоптанной в грязи дорожке сквозь бескрайний газон, весь в шелушащейся рыжей чешуе свежелиняющих деревьев, с грозной надписью «По газонам не ходить!» Кроссовок вмиг порыжел, макнувшись во что-то влажное и чавкающее, Янка недовольно сморщила рожицу, но надо было идти – впереди ждал дом, бабушка с вкусным обедом и несделанные уроки.

Гриб. Странный, искорежено-гнутый, он торчал посреди газона, весь облепленный рыжими ошметками листьев, и Янка едва не наступила на него с очередным шагом, но вовремя остановилась, и наклонилась, любопытствуя.

И протянула руку, желая тронуть осклизко-рыжие бока.

А гриб вдруг разогнулся и сказал:

– Кыш!

Янка ойкнула.

– Фыш! – сказал ощетинившийся рыжими иголками гриб. – Спать мешаешь! А когда я проснусь, становится худо.

читать дальше

@темы: сущности, своё, рассказы, дети

23:32 

О кровожадных слугах богини Кали. Ужастик по-индийски)

Marita~
Каждый выбирает по себе
Последняя исповедь тхага




Om kam kalika namah
(мантра богине Кали)




Я мог бы многое рассказать тебе о Ней, но только захочешь ли ты меня слушать, сахиб? Твои уши залиты воском страха, глаза твои застилает пелена ненависти и отвращения, ты презираешь наших богов, и они навсегда останутся для тебя в темноте, и Кали будет вечно смеяться над тобою, высунув свой красный язык. Ты говоришь, что тебе важно понять? Наивные слова белого сахиба. Она не требует понимания, Она требует веры, и жертв, приносимых во имя Ее.

Я жертвовал для нее более всех, девятьсот тридцать один человек был отдан мной в объятия Кали Ма, Черной Матери… о, как сладки были эти объятия, и как завидовал я каждому из них, в предсмертной агонии своей соприкасавшемуся с Великой Богиней!

читать дальше

@темы: призраки и духи, рассказы, своё

12:24 

Узелки

Marita~
Каждый выбирает по себе
Старая городская легенда Санкт-Петербурга - об Обводном канале, излюбленном месте самоубийц.

Главные действующие лица: Торгильс Кнутссон, маршал Швеции 14-го века, и его дружина, а также древние карельские божества и советские атеисты Петрограда эпохи НЭП.


Узелки


Однажды рассказал мне Никита, как давным-давно
собрался он побывать в Петербурге.
Зачем это ему понадобилось – не объяснил.
Подходил он несколько раз к Северной столице, а войти не мог.

– Что же тебе помешало? — поинтересовался я.

– Этот «узелок-лабиринт» чужой для меня.
Не захотел впускать в свои чертоги, – загадочно ответил Никита.
– Запутанный город. Много злых сил сплелось в том «узелке».

– Да что у него общего с лабиринтом? – удивился я.
– Прямые линии кварталов, улиц, проспектов...

– Все равно запутанный, – упрямо стоял на своем Никита.
– На утонувших и ушедших под землю лабиринтах он стоит,
на «узелках» из останков человеческих,
загубленные души и замутненные помыслы по его улицам витают...
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Блаженный имел свое объяснение происхождения лабиринта,
отличавшееся от того, что мне удалось прочитать.
Он называл их «мировыми узелками», связывающими землю с небом,
огонь с водой, свет с темнотой, живых с мертвыми.
По словам Никиты, построено их было «великое множество»
и не кем-нибудь, а именно «потомками заборейцев».
И якобы каждый род, каждая семья этого исчезнувшего народа
создавала свой лабиринт.

(В.Н.Бурлак, «Хождение к морям студеным»)



Красного было нестерпимо много. Обжигающе-яркий, режущий глаз – красный плыл в облаках крыльями кумачей, латунными звездами комсомольских значков вспыхивал и гас на ветру, плясал в огоньках папирос, юркий, как черт, с дымчато-сизым хвостом колечком.

Эх, яблочко,
Да цвета ясного,
Бей слева белого,
Да справа красного!


Степанченко Николай Иваныч, петроградский рабочий, убежденный большевик, член РКП(б) с 1918-го, последние две недели ненавидел красный от всей души. С соленым привкусом крови во рту, с головными болями, разрывающими затылок, точно шрапнель, в странных, полубредовых снах – красный не оставлял его с того самого дня, как они начали рыть эту чертову траншею вдоль Обводного, от Волковки к Боровому мосту.
пугаццо дальше

@темы: своё, рассказы, призраки и духи, мистические и аномальные места, мертвецы, кладбища, места захоронений, городские легенды

Крипипаста

главная